Вы можете приобрести билеты на наши спектакли в Интернете:

www.biletebi.ge

«..Я ЛЮБИЛ И БУДУ ЛЮБИТЬ ВАС ВСЮ ЖИЗНЬ!»

Источник: Нелли УЗНАДЗЕ, «Русский клуб», 2008 г.

Бурмистрова - целая эпоха в жизни Грибоедовского театра. Ее триумф - любовь и благодарность зрителя. В эти весенние дни не смолкают телефонные звонки, поступают поздравления, письма. Поклонники не забыли того душевного волнения, которое дарила эта удивительная женщина не только на сцене, даже случайная встреча на улице заставляла сильнее биться сердца, становилась приятным событием.

«Глубокоуважаемая Наталья Михайловна!

Я был вашим верным зрителем. Юность моя пришлась на время, когда вы блистали на сцене Грибоедовского театра. Духовный облик нашего поколения формировался не без вашего влияния. Мы, мальчики и девочки конца 40-х годов - начала 50-х, узнав о том, что кто-то из нас идет в Грибоедовский театр, обычно спрашивали: «На Бурмистрову?» И получив утвердительный ответ, говорили: «Счастливчик!» Таким счастливчиком бывал и я. Как прекрасно быть современником выдающихся мастеров сценического искусства, которые несут в народ культуру. Ваш далеко немолодой, но преданный поклонник».

Валерий Квливидзе. Москва. Институт ядерной физики Московского государственного университета.

«..Я любил и буду любить вас всю свою жизнь, моя дорогая Наташа! Вы одна были моей самой удивительной партнершей. Вы должны жить бесконечно, потому что вы редчайший случай оправдания нашей сомнительной профессии перед Господом Богом!»

Ваш Армен Джигарханян.

Большой круг людей дорожит общением с Натальей Михайловной. Какие воспоминания! Хозяйка дома - блестящий рассказчик, ее можно слушать часами. И восхищаться ее феноменальной памятью.

Вокруг нее скромная эстетика быта: в доме много книг, картин, нарисованных ее мужем Игорем Злобиным. Супруг Натальи Михайловны был прекрасным актером, художником, литератором, а главное, человеком, наделенным редкостным жизнелюбием. Обладал он еще одним даром - умением быть другом.

В квартире всегда много цветов. Гостеприимный прием, стол, накрытый для гостей. И рядом всегда крутится любимый кот Дымка.

Ее навещают многие. Ведущего актера Валерия Харютченко и его жену, журналистку Инну Безирганову Наталья Михайловна ласково называет «мои дети». Валера опекает ее с особой бережливостью. Ведет бюллетень здоровья, следит, чтобы были все лекарства и полезные для здоровья продукты.

Стоит ли говорить, как я люблю возвышающие душу уединения с актрисой, наши неспешные разговоры, воспоминания. Такое удовольствие постоянно говорить о ней, воскрешая интересные штрихи из жизни старых грибоедовцев.

Наталья Михайловна приехала к нам из Горького уже признанной актрисой.

- В жизни у меня не раз возникали крутые повороты, - рассказывает она. - Могла работать у Юрия Завадского в театре Моссовета. Война помешала. Позднее обстоятельства свели с Георгием Товстоноговым, который предлагал перебраться в БДТ. И даже МХАТ высвечивал. От всего судьба отвела. Значит, так и надо было. Грузия меня окружала вниманием и заботой. Здесь я служила любимому делу. Значит, жизнь моя прожита не зря.

Царивший на грузинской сцене Акакий Хорава, увидев Бурмистрову в комедии «Не называя фамилии» В. Минко, зашел за кулисы поздравить. «Ну! Не ожидал!.. - произнес он с расстановкой своим могучим голосом. - Теперь буду посещать все твои спектакли».

- Наташа Бурмистрова быстро адаптировалась в грузинском обществе и органично вписалась в наш город, - вспоминает о тех далеких годах Гига Лордкипанидзе. - У меня в памяти ее первый сенсационный спектакль «Таня» А. Арбузова.

Роль Тани стала началом ее блистательной карьеры. В студенческие годы автору этих строк довелось видеть в этом спектакле знаменитую Марию. Бабанову, для которой драматург написал эту пьесу. Но лично я отдаю пальму первенства Наталье Бурмистровой. Она покорила тогда всех своей искренностью и сценическим обаянием.

Сенсацией стал спектакль «Двое на качелях» У. Гибсона. Какой блестящий дуэт создали Наталья Бурмистрова и Арчил Гомиашвили. Со сцены лились в зал потоки счастья и … глубокой грусти. Любовь, потеря иллюзий, утраченные грезы… Умение любить на сцене - это талант. Наталья Бурмистрова обладала этим даром сполна. Любовь становилась главным скрытым двигателем, управляющим всей сутью ее героинь. Она не повторялась в красках, создавая любовь как величайшее испытания, как справедливое вознаграждение, как символ веры. И каждый раз доказывала, что Любовь сильнее всех превратностей судьбы.

Секрет творческого долголетия Бурмистровой заключался, говоря словами одной из ее героинь в умении «укреплять в нас веру, что жизнь - магическое приключение». Переживая на сцене наше отчаяние, безверие, усталость, она всегда дарила нам надежду. Она вживалась в каждую исполняемую роль независимо от жанра, всегда была убедительна и точна. Возможно, в этом и есть ее артистический феномен.

В спектакле «Уступи место завтрашнему дню» («Дальше - тишина») В. Дельмара Наталья Бурмистрова поднялась до трагических высот. А

сколько блеска и совершенства было в ее комедийных ролях! И сегодня театралы при упоминании «Бурмистрова», как отзыв на пароль, произносят - «Барабанщица». В купальнике, подчеркивающем идеальную фигуру, актриса танцевала на столе. На это надо было решиться! За порогом театра стояла суровая зима советского аскетизма, отвергающего намеки на вольности. Удивительно, что сцену не запретили. Энергетика ее искрометного танца подчиняла себе и зрительный зал, и закулисье, и фойе с билетершами, и администраторов. Сегодня в это даже трудно поверить, настолько все выглядит неправдоподобным сквозь призму времени.

Ее партнерами на сцене были И. Русинов, П. Луспекаев, Г. Давиташвили, Ю. Шевчук, М. Пясецкий, Е. Байковский, Б. Казинец, М. Иоффе…

Знаменитый театральный деятель Константин Язонович Шах-Азизов в

Дни Декады литературы и искусства Грузии в Москве, ставшие настоящим триумфом грузинского искусства, так отозвался о премьерах-грибоедовцах: «Я поднимал обе руки. Труппа воспитана в лучших традициях. А Наталья Бурмистрова и Иван Русинов - так это звездный дуэт».

В моем дневнике сохранилось несколько фрагментов воспоминаний о творческой жизни Натальи Бурмистровой.

Январь 1973 года.

«Вчера встретилась с Иваном Русиновым. Он переехал в Москву. Изменился, постарел. Шлейф поклонниц сопровождает его, когда он выходит из театра. «Наташа! - произнес он, когда я заговорила о грибоедовцах. - Актриса, которая запала мне в сердце. Красавица! Это моя Луиза, Нора, Изабелла. А какой спектакль был «Деревья умирают стоя» А. Касона. Какое наслаждение и подъем мы с Наташей испытывали на сцене! Это был лучший период в моей жизни».

Март 1978 года.

«Еще целый час до начала юбилейных торжеств. Но толпа зрителей уже осаждает вход в Прибоедовский театр. Зав. труппой Нонна Плотникова вышла, затворив входную дверь, чтобы успокоить нетерпеливых зрителей. «Верю, верю, вы все любите Наталью Михайловну. Все войдете… успеете». Я, волнуясь, ждала съемочную группу телевизионных коллег, хотя это был не первый и не последний сюжет о любимой актрисе. В зале собралась вся театральная элита: Верико Анджапаридзе, Додо Алексидзе, Медея Чахава, Бадри Кобахидзе, Ирина Алексидзе, Надежда Шалуташвили. Аура была легкая, пронизанная удивительной изысканностью, а в центре блистала Наталья Бурмистрова».

Май 2001 года.

«Презентация автобиографической книги Натальи Михайловны «Путешествия во временя». Это был ее последний приход в родной театр. Она держалась просто и естественно. Духовное богатство придали ее лицу особый шарм. Помню, с какой присущей ему учтивой галантностью подошел к актрисе Зураб Жвания, чтобы выразить свое признание. Она улыбнулась, передала ему книгу с автографом».

Февраль 2008 года.

«Звонила в Москву Ефиму Исааковичу Байковскому. Голос бодрый, радостный. Полился поток теплых слов. «Когда я приехал из Москвы на 160-летие Грибоедовского театра, какие чувства меня обуревали. И первая мысль - Наташу увижу. Для меня же бесконечно близкий и родной человек. Юбилей проходил без нее, но я незримо чувствовал ее присутствие. Зал встал и аплодировал стоя, когда назвали ее имя! «Ты помнишь? А ты помнишь?» - перебивали мы друг друга. «А наши сборы у тебя? А Гигина премьера «В этом милом старом доме». Наш «любовный треугольник» с Нелли Килосанидзе. Успеть сказать надо было многое. Ведь встреча была такая короткая».

Предоставим слово Ариадне Шенгелая:

- Я пришла в Грибоедовский театр в 1963 году. Наталью вспоминаю всегда поющей, танцующей. Она была обворожительна. Особенно запомнилась в спектаклях «Миллионерша» Б. Шоу, «Требуется лжец» Д. Псафаса. Она прожила на сцене десятки жизней. И обогатила нашу жизнь.

Режиссер Гурам Черкезишвили.

- Наталья Михайловна доброжелательный человек, она внимательна к людям. Когда я учился на режиссерском факультете в театральном институте, встречаясь со мной, она улыбалась, шутливо говорила: «Когда же ты придешь к нам режиссером? А то мне ролей не дают. Я тебя жду». И такой счастливый период настал. Она играла в моих постановках: «Звезда немого кино» И. Ольшанского, «Старомодная комедия» А. Арбузова.

Однажды Наталья Михайловна произнесла щемящую фразу: «С какими интересными режиссерами я работала, а вот с Автандилом Варсимашвили так и не пришлось. Болезнь помешала. Жаль…».

Даже уйдя на пенсию, она продолжает жить театром. Не прошлым, а его настоящим. Это закономерно. Актер – это не профессия, это состояние души.

Автандил Варсимашвили в настоящее время находится в Новосибирске, где ставит спектакль. К юбилею Бурмистровой он прислал такое письмо:

«Наталья Михайловна, вы - народная актриса не только по званию. Вы - одна из последних великих народных актрис. Мое заявление, возможно, звучит сегодня слишком круто. Другое поколение, другое время, другие духовные ценности. Но, перебирая в памяти все, что было, и все, что есть сегодня, я пытаюсь сопоставить масштаб известности, любви зрителя (народной). И боюсь, что впереди уже ничего подобного не будет. Встречаясь со зрителями старшего поколения, я не припоминаю ни одну встречу, когда, узнав что я художественный руководитель Прибоедовского театра, меня не спросили бы о вас. Наталья Бурмистрова, вы оставили в сердцах зрителей такую память, какую оставляют только великие».